Светлана Иванова – поэт и художник, причём оба занятия для неё профессия. Её иллюстрации к детским и взрослым книгам, её петербургские улицы и окна, её стихи (По Небесныя Фонтанке едет барыня Луна. Черный с белым называет, говорит лишь нет и да) так мне понравились, что невозможно было не взять у неё интервью. Так мы и сделали, да ещё попросили нарисовать в молескине фиолетовой ручкой. И вот:

-Расскажите, чем вы сейчас занимаетесь?

-Сейчас – делаю большую красивую книжку для издательства Vita Nova, это огромная подарочная книга «Французские сказки».

А вообще я много чем занимаюсь. У меня два базовых образования, художественная школа и Литинститут имени Горького. Поэтому – пишу и рисую, параллельные жизни, которые приходится вести. Важнее попеременно то одно, то другое. Ещё была литературным критиком, составила антологию поэтов русского зарубежья. Сейчас вот стала иллюстратором. Мастерская у меня на Серпуховской… Работаю в основном ночью, когда никто не мешает. Вообще, мне кажется, стиль жизни «литератора», как это себе некоторые представляют, – это какой-то анахронизм, даже не из прошлого, а из позапрошлого века. Ну, кто таким был? Тургенев, наверное…

-Достоевский точно не был, невозможно себе представить.

- Я люблю детей и люблю Петербург, и вот нашла тему, где это всё можно было объединить. Это большие листы, серия на тему «Петербургские дети в романах Достоевского». Я сделала кучу картинок, их приобрёл музей Достоевского, поэтому в оригинале их показать не могу. Но будет выставка – она называется «Мальчики и девочки», где это всё будет представлено.

Достоевский. "Мальчик у Христа на ёлке"

Достоевский. "Неточка Незванова"

"Роман с кокаином". Портрет автора - М.Леви

-Когда книг будет меньше, только такие и останутся. Вы согласны с тем, что книг должно стать меньше, а тексты будут читать в ридере?

-Да! А будет как при Гуттенберге и до него. Будут детские книги, сделанные вручную. Будут полу-рукописные издания, малотиражные красивые книги. Книга должна быть коллективным произведением искусства. И в издательстве Vita Nova это прекрасно понимают.

-Какие у вас любимые города? Кроме Петербурга.

-У меня была серия об Амстердаме… Голландию люблю. А ещё я два месяца прожила в Каире. Это такой некурортный Египет. Мне повезло – я работала художником в экспедиции Института Египтологии. Каир – «Париж на Ниле» – теперь в упадке, это такой полуразрушенный модерн, напоминающий Петербург начала девяностых – но притом мусульманский! Модерн, пальмы, эти завёрнутые в ткань толпы, причём людей ведь нельзя рисовать по мусульманским понятиям – приходилось делать наброски в ма-аленький блокнотик. Небоскрёбы, и грязь, и ни одного светофора. Дороги в деревне сделаны из мусора! Одна бельгийская девушка-практикантка понюхала и упала в обморок.

Ещё я люблю Сухуми. Хочу там сделать серию «советский ампир». Тоже такое полуразрушенное арт-нуво…

-Скажите, а вы в молескине не рисуете?

-С молескинами я знакома, мне мой сын подарил один такой. Но пока в нём не рисовала…

-Это поправимо. Вот вам молескин – нарисуйте, пожалуйста, что-нибудь для журнала Mymoleskine! )

Еще по теме

• Пока нет постов